Биоремедиация - «коронная» технология предприятия «Природа- Пермь». Это очистка нефтезагрязненного грунта с помощью углеводородоокисляющих бактерий. За пять лет работы в Пермском крае предприятие утилизировало и сдало заказчику 200 тыс. кубометров нефтезагрязненных грунтов, ликвидировано 60 мест складирования нефтеотходов, рекультивировано 160 гектаров нарушенных земель. Корреспондент журнала «Ресурсы Прикамья» беседует с директором предприятия «gazturbo.ru» Андреем Дорофеевым.
- Андрей Анатольевич, по данным природоохранных структур в Пермском крае накоплено почти 600 миллионов тонн отходов. Из них немалая часть - нефтеотходы. Почему сложилась такая ситуация?
- У нас нефть добывают уже 76 лет, и все эти годы при разработке месторождений в первую очередь думали о проходке, о добыче, а никак не об экологии. Я работал на нефтепромыслах Урала и Западной Сибири, картина везде была одинаковая. Всего лет 10-15 назад стали обращать внимание на утилизацию вновь образованных отходов. В последние годы в нашей стране наконец-то начало ужесточаться природоохранное законодательство, и сегодня само время требует решения вопроса с накопленными отходами, которые наносят серьезный вред окружающей среде. Все это «историческое наследие» надо переработать - и привести нашу землю в порядок. Я знаю, сейчас готовится региональная программа «Обращение с отходами производства и потребления на территории Пермского края на период 2008-2012 годов». Думаю, предприятие «gazturbo.ru» сможет внести свой вклад в проблему утилизации отходов. Тем более наша технология биологической ремедиации, где очистка нефтезагрязненных почв проводится углеводородокисляющими бактериями, на практике доказала свою эффективность. Мы применяем ее сегодня и в нашем крае и сейчас разворачиваем работу наших подразделений в Оренбургской области и Удмуртии.
- По результатам деятельности всех трех компаний, которые до вас занимались переработкой нефтеотходов в Удмуртии, сейчас ведется следствие. Что там случилось?
- Эти предприятия занимались не переработкой, а закапыванием отходов в землю. Сейчас по ним ведется следствие, и договоры с ними на 2007 год не заключены. Наше предприятие выиграло тендерные торги, и сейчас мы занимаемся получением лицензии и одновременно готовим площадку порядка семи-восьми гектаров, которая будет оборудована под очистку нефтезагрязненных грунтов методом ремедиации. Кроме этого там же будет работать наша установка по утилизации асфальто-смолистых парафинистых отложений. Замазученная древесина, кустарник, ветошь будут утилизироваться методом сжигания на установках «Форсаж-1» и УВКП. Вот такой комплекс мы развернем в Удмуртии.
- В Оренбургской области вы тоже участвовали в тендере?
- Да, конечно. Предприятие «Оренбургнефть» является дочерней структурой компании ТНК-ВР. После того как мы отправили документы на участие в тендерных торгах, к нам прибыла делегация из центрального офиса: специалист аудитор компании, начальник отдела охраны окружающей среды и переводчик. Нас удивило, до чего дотошно англичанин проводил аудит: он не только проверил все оригиналы лицензий, но буквально руками ощупал вакуумную установку, шламовоз и всю другую технику. Они побывали на пяти наших площадках биоремедиации, внимательно изучили, как идет процесс, кто работает, каков уровень квалификации у операторов. И после этого компания ТНК-ВР предоставила нам возможность участвовать в тендерных торгах их предприятий в Оренбургской области и Западной Сибири.
Еще одно предприятие, с которым мы будем работать, - это «Оренбург- Газпром». Ситуации с нефтеотходами в нашем крае и Оренбургской области похожи. Там тоже добыча нефти идет около 70 лет и накопленных отходов большое количество. Наша задача - настроить все технологические процессы приема, переработки и утилизации - так, чтобы все было безупречно отлажено. Так же, как сегодня отлажен процесс с нашим крупным подрядчиком - предприятием «ЛУКОЙЛ-ПЕРМЬ». И конечно, вся работа должна вестись в правовом поле.
- То есть предприятие должно иметь лицензию на свою деятельность?
- И не одну - в сфере обращения с отходами шагу не ступишь без лицензии или других разрешительных документов. Например, «Природа- Пермь» осуществляет целый комплекс услуг и, соответственно, имеет лицензии: на переработку и утилизацию нефтеотходов с условиями привязки к местности, на перевозку опасных грузов, на строительство зданий первого и второго уровней (для обустройства собственных площадок). Кроме этого по каждому виду отходов необходимо иметь разработанную и утвержденную технологию, прошедшую экологическую экспертизу и согласованную с Роспотребнадзором, Ростехнадзором. И наконец, еще один вид документов - это технические условия, связанные с утилизацией того или иного продукта, получающегося в результате переработки.
- А можно этот момент объяснить подробнее?
- Мы выполняем законченный комплекс услуг: получаем от предприятий отходы, в процессе переработки получаем продукт и этот продукт имеем право утилизовать на полигонах или, например, использовать для технической рекультивации. У нас получается законченная технологическая цепочка, и все ее ступени находятся в правовом поле и обеспечены соответствующими разрешительными документами: лицензиями, технологическими регламентами и техническими условиями.
Надо сказать, что условия получения лицензий в сфере обращения с отходами постоянно ужесточаются: недавно постановлением правительства вновь были введены дополнительные требования к предприятиям. И я считаю - правильно. Это направлено на то, чтобы ограничить доступ к лицензированию предприятиям, которые сегодня пытаются обойти законодательство.
- С чем связаны ваши планы создания собственного производства биопрепаратов?
- С расширением деятельности. До этого мы работали на принципах субподряда с несколькими предприятиями, занимающимися производством биопрепарата на основе штаммов бактерий, которые поглощают углеводород, выделенный из аборигенной среды. Затем достаточно плодотворно сотрудничали с МНИИЭКО ТЭК, занимаясь совместно разработкой своего биопрепарата. Сегодня этот препарат, пройдя все испытания, успешно у нас работает. Но научный институт не может развернуть у себя производственные площади. А у нас только в Пермском крае 11 плота док ремедиации, это большие площади и препарата требуется все больше.
Но, конечно, основной аспект - экономический: собственное производство даст нам существенное снижение цены биопрепарата. Сегодня в зависимости от удаленности территории цена его колеблется от 2000 до 6000 рублей за килограмм - согласитесь, дороговато. Думаю, в будущем году наше производство уже войдет в строй.
Одновременно с этим занимаемся созданием собственной лаборатории. В нашей технологии основными «работниками» являются живые организмы - бактерии. Их жизнедеятельность зависит от многих факторов: влажности, наличия минеральных веществ, доступа кислорода. Все эти процессы необходимо постоянно тщательно контролировать. Лаборатория, и это главное, даст нам возможность оптимизировать процесс, покажет возможные пути снижения каких-то параметров, определит оптимальное количество препарата для каждого виды грунта и в конечном итоге повысит эффективность нашей технологии.
- После ввода в строй своего производства биопрепаратов вы планируете и дальше осваивать регионы нашей страны?
- Не исключаю, что будем выходить за рубеж, тем более что уже есть предложения из Казахстана.
Текст: Ольга Николаева. Фото: Павел Ермолин
Журнал «Ресурсы Прикамья», июнь 2007, стр.38-39
Найти и обезвредить.pdf
